Маруся (mariya_mani) wrote,
Маруся
mariya_mani

  • Mood:
  • Music:

Рецензия на книгу Идриса Шаха, Сафии Шах "Афганский караван. Земля, где едят и воюют"

Афганский караван. Земля, где едят и воюют, Идрис Шах, Сафия Шах
Афганистан. Я об этой стране знала из книги Виктора Николаева «Живый в помощи», где он, не скрывая и не преуменьшая, писал о войне в Афгане. Упоминался Афганистан в книгах «Три чашки чая» и «Школа на краю земли» Грега Мортенсона.

Да и к тому же, когда-то давно в Афган чуть не попала моя мама, как медик, имеющий военную специальность, но это совсем другая история. Так что, можно сказать, что об Афганистане я не знала ничего. И, заметив на выставке новинок в библиотеке возле дома книгу про Афган, я не могла пройти мимо.

…«Это не книга, — подумалось мне, стоило только взять издание в руки, — а шедевр дизайнерского оформления: вон сколько картинок-миниатюр на страницах. Да и аннотация интересная, я уж не говорю про содержание, в котором столько всего… разного, что мимо пройти невозможно!» И не прошла, вцепилась в книгу сразу. «…Забирайтесь на вашу великолепную арабско-монгольскую лошадь и присоединяйтесь к моему афганскому каравану. Идрис Шах» О, мимо такой фразы пройти нельзя! Где?! Где моя лошадь, на которую нужно забраться?!

Забралась, еду, слегка покачиваясь в седле. Кстати, не стоит так сильно хвататься за поводья — чуть ослабьте руки, распрямите спину и смотрите между ушками лошадки.

«В книге собраны героические военные рассказы, путевые заметки, советы по покупке ковра, мудрые притчи, рецепты афганских блюд от шеф-повара Гиндукуша, анекдоты о Мулле Насреддине. Эти поэтические истории перенесут вас в Афганистан — древнюю страну заснеженных горных цепей и суровых пустынь Регистана, виноградин величиной со сливу и бесценных ковров с изощрённым рисунком, мудрецов Газни и Балха…»

Стала просматривать содержание и увидела «Часть третью. Как, почему, что». И мой взгляд остановился на названии главы «Что мы сегодня приготовим на ужин?», а чуть ниже мне встретился рецепт приготовления «Ленивого» палау», то есть плова. Ну, кто же откажется попробовать приготовить плов? Я точно не откажусь! Сколько раз уже готовила, и каждый раз получается по-разному, я заранее не знаю, что выйдет в итоге… Но пока поняла две вещи (вычитала на упаковке с «рисом для плова»): поджарить мясо, а когда оно будет готово, насыпать сверху сырой рис на палец в высоту, и залить кипятком. Варить и не помешивать! Только в самом начале, когда добавили воду, приправы и соль.

Посмотрим, какой рецепт мне предлагают в книге:

«от ¼ до ½ фунта нарезанной кубиками баранины слегка отварить, затем поджарить и отставить в сторону, по возможности сохраняя мясо тёплым;

¾ фунта длиннозёрного риса сварить наполовину (до состояния дана-дар: это когда рис слегка крошится, разделяясь на твёрдые и мягкие частички), слить воду и отставить рис в сторону, по возможности сохраняя тёплым;

довести до кипения 1 литр или больше бульона, содержащего:

жидкость, оставшуюся после варки мяса,

куриные бульонные кубики — по вкусу (скажем, три),

соль — по вкусу (скажем, 1½ чайные ложки),

2 целые почки гвоздики,

4 очищенных семени кардамона, хорошо растолчённых или молотых,

1 чайную ложку «луковой соли» (соли, смешанной с луковым порошком),

2 столовые ложкипасти из обжаренных помидоров,

1 столовую ложку лучшего растительного масла».

Нет, неправильно я кладу колбасу на бутерброд… Не умею делать палáу, пуская и ленивый, быстрый… Я уж не говорю про неленивый, в котором продуктов ещё больше…

…Уютно в этой книге, и ты не замечаешь, как переносишься в мир Востока, с его колоритом, наполненным вкусом, звуками, запахами, ощущениями, историями, жизнями людей. Мир, который раскрывается передо мной постепенно, неспеша, плавно. Мир, который наполняет меня звуками горных рек, ароматами высокогорных цветов, голосами зверей.

«…Я был и прав и не прав, как любой, кто опирается только на чужие слова. Афганистан — это, прежде всего, страна непримиримых контрастов. Летом в Кабуле вы изнываете от жары, но, проехав совсем немного на север, вы наслаждаетесь бодрящим горным воздухом Кохистана. Близ Кандагара вы будете умирать от жажды, но в прелестном Пагмане, угнездившемся у подножия Гиндукуша, вам покажется, что вы находитесь среди райских рек и садов. Если вы чем-нибудь не понравитесь бандиту, он ограбит вас. Но на одного такого вы найдете сто достойных, благородных, богобоязненных персон, ибо афганец, беден он или богат, поистине персона…» Из части второй «Путешествия…», глава «Перс: что мне сказать?»

Есть в Афганистане что-то поистине притягательное, магическое, наполняющее читателя духом свободы и простора. И невольно хочется узнать об этой стране как можно больше, познакомиться с её культурой, бытом, нравами, обычаями, кухней, юмором, мудростью. О, это было (я думаю о прочитанной книге «Афганский караван…») знакомство, о котором я буду вспоминать ещё долго; знакомство с книгой, многогранность которой приоткрыла завесу над тайной по имени Афганистан.

Как будто автор приподнял покрывало и показл, что скрывается под ним, дав нам на миг заглянуть, и потом, когда-нибудь, продолжить знакомство. Что-то узнать лучше и глубже, полнее открывая для себя мир далёкой страны; с чем-то познакомиться поверхностно, для общего развития (знаю, и хватит); что-то записать, рассказать маме, как медику.

…Из необычного для себя узнала в главе под названием «Имена: мистер сэр Кавалер» в части третьей. Оказывается, неправильно мы обращаемся к людям Востока:

«…В те прошедшие дни, которые сегодня кажутся такими далекими, я однажды сидел в кабинете нашего посла по адресу Принсез-гейт, 31, пил чай с ароматом кардамона и слушал его рассказ об английских обычаях.

— Прежде всего, — сказал он, — вам придется привыкнуть к тому, что эти франки будут коверкать ваше имя и позорить вас своими мистерами.

Его превосходительство сардар Фаиз Мохаммед-хан Зикрия, следуя афганскому обычаю, на самом деле, вероятно, обращался не ко мне, ведь я уже и так знал об англичанах довольно много. У нас принято, особенно после общей трапезы, во всеуслышание говорить то, что лежит у тебя на сердце, или то, что ты хочешь сообщить кому-либо из членов компании.

Среди нас были два кабульских коммерсанта, впервые приехавших в Англию. Подчеркнуть их незнакомство со страной было бы неучтиво.

— Своими мистерами, господин посол?

— Да, своими мистерами. В Афганистане, как и в других странах, все господа: это вежливое обращение. Мы говорим: "господин сардар", "господин принц", и в континентальной Европе говорят: "Herr Baron" или "Monsieur le Prince". Но в Англии "мистер Принс", "мистер Лорд", "мистер Дьюк" или "мистер Барон" означает, что перед вами никакой не принц, лорд, герцог или барон, а обычный человек.

Коммерсанты недоверчиво переглянулись. Они кое-что слыхали про таинственный Запад, но это было уже чересчур. Человека можно унизить почтительным наименованием? Поразительно.

— Даже американцы, — продолжал посол, — ведут себя по-человечески. У них "Mr Ambassador" — "господин посол" — звучит вежливо. Но здесь это означает, что у тебя такая фамилия: Амбассадор. Скажем, Джордж Амбассадор.

Он торжествующе оглядел комнату.

— Но почему они так поступают, ваше превосходительство? – спросил более храбрый из двух коммерсантов.

— "Почему" мы не обсуждаем. Нас интересует не "почему", а "что", — ответил сардар. В прошлом он был министром иностранных дел Афганистана и имел на вооружении все тонкости дипломатической речи и мышления; кроме того, он был очень сильным теологом.

Кабульский бизнесмен, поспешно извинившись, стушевался, и посол продолжил:

— Наши имена чрезвычайно просты. "Сардар" — мой титул; но "мистер Сардар" — так могут звать пакистанского бакалейщика, потому что на индийском субконтиненте наши титулы используют как фамилии. — Он посмотрел на меня. — Они могли бы даже назвать вас "мистер Шах"…»

Мне вспомнилось, как на одном из спецпредметов в техникуме преподавательница нам объясняла про авторские знаки (есть такие, на библиотечных книгах) и зашла речь о писателях родом из стран Востока (Вьетнам, Китай и прочие), где непонятно, что является именем, а что — фамилией. И сказала: «Авторский знак ставится по первому написанному имени», не разбирая, что там у этих восточных людей, есть ли у них фамилия вообще или её нет.

А сейчас, когда читала «Афганский караван…», вспомнила ту лекцию и глубоко задумалась. Вот, представьте, авторский знак на данной книге «Ш31» по фамилии «Шах». А это не фамилия вовсе, а титул, похоже… Как зашифровать книгу? Мозг качественно так подвис, придётся спросить опытных коллег в Детской библиотеке, как шифрются книги писателей Востока.

Книга многогранна, ярка, наполнена смехом и огромной любовью к Родине, — Афганистану. Это не художественная литература, в которой есть доля вымысла, нереальности, а история, история Афганистана. История «от» и «до», в деталях, в воспоминаниях, играх, медицине, географии, хрониках. История, которую читать необыкновенно интересно и увлекательно. История, после знакомства с которой, хочется о чём-то узнать лучше и глубже. Книга, которая приоткрывает перед нами неизведанную, незнакомую сторону мира восточной страны.

Tags: Афганистан, книга из библиотеки, рецензия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments