November 28th, 2016

О разном в жизни

"Звезда пленительного счастья"; рецензия

Мне недавно вспомнилась эта стихотворная строчка, — вдруг всплыла из глубин памяти... И хотелось спросить, — "что в имени тебе моем?", и не ждать ответа... Не спрашивать, только верить...
Мне немного грустно и печально, и не звенит для меня музыка радости и счастья... "... Мне тягостны веселья звуки!.." — а это лорд Джордж Гордон Байрон и перевод М. Лермонтова ("Душа моя мрачна", из цикла "Еврейские мелодии").

... И достала я с полки в книжном шкафу старый, с перекосившимся переплётом, сборник А.С. Пушкина "Звезда пленительного счастья" и подумала — почитаю, поброжу между знакомых, дорогих моему сердцу, стихотворений.
В этом небольшом по объёму (496 страниц; малый формат книги — незаметно, что страниц столько) собраны стихотворения, поэмы и роман в стихах великого поэта. Собраны в единое целое, под одной обложкой.

Начинается наше знакомство со сборником со вступительной статьи Станислава Золотцева (отмечу, что статья эта читается легко, и написана интересно; не пожалеете, если прочтёте):
"... Мы говорим слово "дом" — и тот из нас, кто родился и вырос в рускком селе, видит деревенскую избу, а горожанин представляет себе  многоэтажное здание. Но когда мы произносим слово "Россия", то даже тот, кто редко бывает на земных просторах, живет в городе, прежде всего видит "чудное приволье", росистые луга, березовые чащи, могучие сосновые боры, чувствуется дыхание разнотравья, запахи леса и поля — дух родной земли. Дыхание Родины. "Там русский дух... Там Русью пахнет!" — говорим мы, представляя себе самое заветное в образе нашей Отчизны, и добавляем: "Так сказал поэт", даже не называя имени автора этих строк. Потому что мы, русские, произнося слово "поэт", представляем себе прежде всего образ Пушкина..."
И добавить к этим красивым строчкам нечего, только промолчать и вспомнить Александра Сергеевича...

Но я перейду к стихотворениям. И начну с самого известного (или мне так кажется?):

Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа...


Помню, как-то в разговоре с мамой всплыла строчка из этого стихотворения: Хвалу и клевету и приемли равнодушно, И не оспоривай глупца. И не могли вспомнить, — оспоривай: спор пишется через "о", а "оспоривай" — должна (мы так помнили почему-то) быть "а". Я достала книгу, нашла стихотворение, и пожалуйста — оспоривай!
Вот и грусть моя сменяется лёгкой улыбкой от хорошего воспоминания. И становится легче.

А я иду дальше по сборнику и показываю вам дорогие моему сердцу стихи.

"Песнь о вещем Олеге". Это стихотворение блестяще проиллюстрировал Виктор Васнецов. Помните его кудесника? Как он, кудесник, стоит перед князем Олегом с поднятой рукой?

... Скользит мой взгляд по названиям и первым строчкам стихов, и замирает, найдя дорогие, близкие сердцу...

Кобылица молодая,
Честь кавказкого тавра̀,
Что ты мчишься, удалая?
И тебе пришла пора;
Не косись пугливым оком,
Ног на ветер не мечи,
В поле гладком и широком
Своенравно не скачи.
Погоди;  тебя заставлю
Я смириться подо мной:
В мерный круг твой бег направлю
Укороченной уздой.


И кажется мне, что это — непросто стихотворение, а песня. Я даже как-то однажды попыталась подобрать мелодиюнапевала и слышала топот копыт молодой кобылицы; видела внутренним взором картину, что описана в стихотворении...

А эти строки вы должны узнать (мне так кажется): Буря мглою небо кроет, Вихри снежные крутя... Называется стихотворение "Зимний вечер". Признаюсь, без книжки и знала бы, откуда эти строки...

А сколько эти милых, памятных строчек будет дальше! Мороз и солнце; день чудесный! Еще ты дремлешь, друг прелестный... — это из стиховорения "Зимнее утро". И другие  — Анчар, Осень (отрывок; "Унылая пора! Очей очарованье!.."), Узник ("Сижу за решеткой в темнице сырой..."), Арион ("Нас было много на челне...")... Да разве в одной рецензии расскажешь о всех любимых стихотворениях из книги "Звезда пленительного счастья"?! Конечно, нет.

Но самое дорогое, пожалуй, у меня вот это:

Если жизнь тебя обманет,
Не печалься, не сердись!
В день уныния смирись:
День веселья, верь, настанет.

Сердце в будущем живет;
Настоящее уныло:
Всё мгновенно, всё пройдет;
Что пройдет, то будет мило.


Прочтёшь это стихотворение и поймёшь, — как часто мы печалимся, тревожимся по мелочам, а в день грусти (бывает же грустное настроение?) иногда забываем, что радость вернётся и солнышко обязательно проглянет сквозь тучки!


... Мне не хочется уходить, закрывать книгу и ставить её на полку... Но всему приходит конец... Вот и моё лирическое, чуть грустное, чуть задумчивое настроение ушло, растворившись в стихотворных строчках. И полелилась в сердце радость, тепло, надежда, любовь к России.